— И зачем я вам понадобилась? — с тем же изумлением, что недавно на бабку, Ирка уставилась на Иващенко.

Бизнесмен неловко отвел глаза в сторону, пошевелил губами, словно пробуя несказанные слова на вкус, и наконец выпалил:

Я знаю, ты — ведьма!

Чего вы ругаетесь? — обиженно скривила губу Ирка. — А еще взрослый!

Но теперь, когда самое главное было сказано, Иващенко явно избавился от растерянности и двинулся прямо к цели.

Не морочь мне голову, девочка, — с тихой змеиной ласковостью прошипел он. — У меня с памятью все в порядке и с мозгами тоже. Думаешь, я не помню, как ты на помеле летала?

На ухвате, — мрачно поправила его Ирка.

Не принципиально, для меня, во всяком случае, — отмахнулся Иващенко. — А еще я помню, как ты одну даму превратила в стог сена!

Это не я! — снова запротестовала Ирка. — Она сама! Я просто не дала ей превратиться обратно! А ведьм не бывает, вы сами тогда сказали!

Неожиданность. Потрясение. Шок, — отчеканил Иващенко. — А потом у меня было время поразмыслить. И я понял: никто, кроме ведьмы, таких штучек выкинуть не мог! А знаешь, что еще? Я ваш разговор тогда, в переулке, припомнил, проанализировал… Заговоры там всякие, слова волшебные, вынутый след. Еще эта болезнь моя непонятная, которую ни один врач определить не смог. И сдается мне, что это ты пыталась меня убить! Колдовством! Верно? — бизнесмен остро глянул девчонке в глаза.

Ирка заерзала на скамейке. Постоянное чувство вины за едва не совершенное убийство накинулось на нее с удвоенной силой. Действительно, жил себе человек нормально, пока она его след не вынула и заговор не наложила. Думала, что всего лишь тренируется, а оказалось, чуть в могилу мужика не загнала.

Но я же вас потом спасла! — попробовала оправдаться Ирка.

Если бы не заколдовала, и спасать бы не пришлось! — заявил Иващенко.

Ирке его возражение показалось вполне резонным.